Родители Галины Сагалович жили на Арбате: отец — в Кречетниковском переулке, мама — на Смоленской площади, в доме, который в народе назывался «Малой Орловкой». Оба окончили школу № 59, бывшую Медведниковскую гимназию, а потом — Энергетический институт.

Галина появилась на свет в арбатском роддоме имени Грауэрмана. В советское время это был главный роддом страны, в нем родились Кир Булычев, Булат Окуджава, Андрей Миронов, Александр Ширвиндт, Марк Захаров и другие. У Галины сохранились оттуда ее распашонки и бирка.

В квартире на Смоленке у прадеда-шофера стояли на этажерке немецкие фарфоровые фигурки, среди которых особенно волновала воображение маленькой Гали пастушка — в детстве она сочиняла про нее истории, а в институтские годы написала сказку.

Андрей Белый (настоящее имя — Борис Бугаев, 1880–1934) — поэт и писатель Серебряного века, теоретик русского символизма.

Детство и молодость Белого прошли на Арбате, где он жил в квартире с родителями: ранние годы жизни, учеба в Поливановской гимназии, а затем по настоянию отца — на физико-математическом факультете Московского университета, написание и публикация первых произведений. В 1903–1907 годах здесь собирался кружок символистов «Аргонавты», лидером которого был сам Белый, а одним из участников — живший этажом ниже поэт Сергей Соловьев, племянник знаменитого философа Владимира Соловьева. Арбат времен Андрея Белого нашел отражение в его творчестве, в частности в романе «Москва».

В советское время квартира превратилась в коммуналку и лишь в 1987 году обрела статус музея. В 2000 году была открыта экспозиция, представляющая реконструкцию подлинного интерьера и личные вещи поэта.

Елена Фабиановна Гнесина (1874–1967) — пианистка и преподаватель, создавшая в Москве систему музыкального образования «школа — училище — институт». Ее квартира располагается в здании Российской академии музыки: здесь в 1895 году она вместе с сестрами Марией и Евгенией открыла школу, ставшую впоследствии высшим учебным заведением и получившую имя Гнесиных. Елена Фабиановна буквально жила на работе, в любое время принимала коллег и была погружена в учебную деятельность. После перелома ноги в 1950-х годах Гнесиной стало сложнее передвигаться, и по ее просьбе в кабинете соорудили специальный транслятор с динамиком, который передавал все происходящее в учебном зале.

Музей, открытый в 1969 году, полностью сохранил обстановку квартиры: портреты и автографы знаменитостей, расшитые сестрами скатерти и подушки, украшения и духи, кажется только что оставленные хозяйкой на туалетном столике.

Елена Пинталь жила с родителями и сестрой в арбатском Доме со львами на Малой Молчановке до 1965 года. Затем семья переехала на «Речной вокзал», а на Арбате осталась бабушка, которую Елена часто навещала.

Одно из ярких детских воспоминаний — «прогулочная группа» под руководством бывшей учительницы Марии Ильиничны Синичкиной. Такие группы в 1950–1960-х годах нередко выступали заменой яслям и детским садам. Мария Ильинична собирала детей, вела их в сквер у Театра-студии киноактера на улице Воровского (сегодня — Поварская) и читала книги, которые носила с собой в круглом чемоданчике, — дети старались сесть поближе, чтобы рассмотреть иллюстрации. В обед вся компания с песнями отправлялась по домам, а после еды снова шли на прогулку. Родители видели, как девочки привязаны к Марии Ильиничне, и приглашали ее летом на дачу в качестве няни.

В начале 1980-х Елена Пинталь оказалась в мастерской № 9 «Моспроекта-2» под руководством Игоря Покровского, которая занималась детальной разработкой проекта Арбата как пешеходной улицы. По плану, который в итоге не был реализован, предполагалось не только освоить отдельную улицу, но и внедриться во дворы и переулки.

Александр Николаевич Скрябин (1872–1915) — пианист и композитор, яркий представитель музыки символизма.

С Арбатом Скрябина связывают всего три года жизни: в 1912–1915 годах он занимал квартиру в особняке середины XIX века в Большом Николопесковском переулке. После внезапной смерти композитора от сепсиса здесь продолжала жить его гражданская жена Татьяна Шлёцер с семьей. Став хранителем скрябинского наследия и опасаясь превращения квартиры в коммуналку, в 1918 году Шлёцер инициировала создание музея. Обстановка, библиотека и рукописи Скрябина дошли до наших дней с некоторыми утратами.

Один из ярчайших экспонатов музея композитора на Арбате — «световой круг». В 1908–1910 годах Скрябин написал музыкальную поэму «Прометей». Помимо партий для фортепиано, оркестра и хора, в произведении присутствует партия света — записанные с помощью нот световые эффекты. Для исполнения светомузыкальных образов инженер Александр Мозер, друг Скрябина, помог ему создать специальный аппарат.

Алексей Конин — фотограф, жизнь семьи которого тесно связана с Арбатом. Дед и бабушка Алексея в 1946 году получили отдельную двухкомнатную квартиру в доме № 6 по улице Вахтангова (сейчас Большой Николопесковский переулок), куда переехали из коммуналки в Леонтьевском переулке. С 1965 года Алексей с родителями жил в Кунцево, но часто ездил к бабушке и дедушке на Арбат. Окна квартиры выходили на Музей Скрябина, откуда иногда по ночам доносились звуки музыки и были видны разноцветные всполохи света. На Арбате прошли и школьные годы Алексея: он учился во французской школе № 12, которую в 1958 году окончил его отец. При директоре Татьяне Маркевич школа около церкви Спаса на Песках с картины Василия Поленова «Московский дворик» стала «поленовской». Ученики — в том числе Алексей и его одноклассники — ежегодно ездили в усадьбу «Полeново» в летний трудовой лагерь.

Фотографию Александра Потресова Алексей купил на выставке и подарил отцу. Мальчишки на фото 1950-х — его сверстники, фонтан около павильона метро «Арбатская» был снесен в конце 1970-х годов.

Михаил Юрьевич Лермонтов (1814–1841) — один из главных отечественных поэтов и писателей первой половины XIX века.

Жизнь Лермонтова была коротка, но чрезвычайно продуктивна — буквально каждый год наполнен знаковыми событиями. В 1829–1832 годах он жил с бабушкой в арендованном особняке на Малой Молчановке. Здесь произошло его становление как поэта, были написаны десятки стихотворных текстов. До революции 1917 года дом сменил нескольких владельцев, а после был отдан под коммунальные квартиры.

Особняк стал музеем в 1981 году благодаря Ираклию Андроникову — исследователю и популяризатору творчества Лермонтова. Человек невероятного азарта, Андроников разыскивал рукописи, предметы, факты, истории и рассказывал о находках в текстах и выступлениях. С 1930-х годов он последовательно боролся за музеефикацию дома и реконструкцию обстановки, характерной для дворянского быта первой половины XIX века.

Детство Петра Пашкова прошло в доходном доме 1907 года постройки по адресу Арбат, 27. До революции в квартире было семь комнат, при уплотнении их разделили перегородками — получилось 12 небольших помещений, количество жильцов в которых иногда доходило до сорока. Однако в 1960-х годах, которые застал Петр, в квартире осталось 15 человек, а часть комнат и вовсе были заперты — в них кто-то числился, но не жил. Петр был прописан в одной комнате с сестрой, мамой и бабушкой. Одиннадцать лет мама стояла в очереди на квартиру и только в 1982 году получила отдельное жилье в реконструированном доме на Новинском бульваре, тоже в пределах района Арбат. После школы Петр успел поработать на Арбате переводчиком в НИИ трубопроводного транспорта и букинистическом магазине на углу с Большим Афанасьевским. Сейчас он водит экскурсии по Москве, в том числе по Арбату.

С 1924 по 1977 год семья Марии Леонидовны Бочарниковой занимала часть коммунальной квартиры в доме по адресу Арбат, 53. Сегодня здесь располагается Мемориальная квартира А. С. Пушкина. Почти все члены семьи Марии были связаны с медициной. Дед Марк Моисеевич Лурье работал хирургом в Боткинской (тогда Солдатёнковской) больнице. Бабушка Мария Фаддеевна Лурье держала зубоврачебный кабинет. Еще недавно пожилые люди, жившие на Арбате, помнили вывеску «Зубной врач Лурье».

Отец Леонид Маркович Лурье, вернувшись с Великой Отечественной войны, тоже окончил стоматологический институт и со временем стал главным хирургом-стоматологом Октябрьского района. Как многие тогда, он занимался протезированием зубов на дому, хотя это преследовалось. Однажды во время приема пришел фининспектор: пока мама в дверях отвлекала его, отец усадил пожилую пару пациентов пить чай, выдав их за гостей. Сама Мария Леонидовна выбрала профессию пульмонолога.

Эсфирь Красовская, первый директор Дома-музея Марины Цветаевой.

Андрей Васильевич Мельников — ученик и последователь легендарного краеведа Сигурда Оттовича Шмидта. Сегодня Андрей Васильевич хранит не только память о Шмидте, но и его наследие: обстановку арбатской квартиры, где Шмидт прожил всю жизнь, и архив, существенная часть которого посвящена истории горячо любимого Арбата.

Полина Васильева родом из Санкт-Петербурга, в Москву приехала учиться в Высшей школе экономики. Первым районом, в котором Полина сняла квартиру, стала Таганка, затем было метро Пролетарская и, наконец, Староконюшенный переулок, аренда в котором оказалась не дороже предыдущих адресов. Темная, прохладная и очень тихая, несмотря на близость Арбата, квартира изменила образ жизни Полины. На смену такси, которое в центре почти в два раза дороже, пришли пешие прогулки: в сторону Хамовников — на работу и Патриарших прудов — чтобы встретиться с друзьями. Традиция утреннего кофе также претерпела изменения: вместо привычной капсульной кофеварки Полина теперь пользуется медными турками, обнаруженными в арбатской квартире.

Отец Марины, Анатолий Николаевич Дроздов, — пианист, композитор, профессор, преподаватель Московской консерватории. Как член Союза композиторов, получил помещение для работы в Плотниковом переулке и жилую комнату в коммуналке дома № 11 в Малом Николопесковском переулке. Квартира принадлежала музыканту Александру Наумовичу Юровскому, профессору Государственного музыкально-педагогического института имени Гнесиных. В процессе уплотнения у него появились соседи-музыканты. У Дроздовых стояло пианино, у самого Юровского — три рояля, у соседей — две скрипки.

Во время Великой Отечественной войны Марина Дроздова два года жила в Старопименовском переулке у архитектора Семена Каллистратова, мужа маминой сестры. В квартире было много скульптур и картин, которые после смерти «дяди Сени» попали к Дроздовым, — в том числе старинные письменные приборы с фигурами львиц.

Владимир Штейн жил на Арбате по соседству с поэтом Николаем Глазковым, в одном из стихотворений которого звучит их общий адрес:

Живу в своей квартире
Тем, что пилю дрова.
Арбат, 44,
Квартира, 22.

Дом № 44 был доходным и до революции принадлежал отчиму бабушки Владимира Штейна, потом его разделили на коммуналки. Штейны жили в квартире с еще тремя семьями. Глазков с перерывами прожил здесь с 1923 по 1971 год. Сергей Штейн, отец Владимира, был его близким другом и посвятил ему эссе «Воспоминания соседа». Их судьбы во многом похожи: отцы были репрессированы в 1930-х, родные братья погибли в Великую Отечественную войну.

Считается, что именно Глазков привнес в русский язык слово «самиздат», которое родилось у него в 1940-х как пародия на официальные названия советских издательств. Ироничное «Самсебяиздат» можно увидеть на сделанных вручную сборниках стихов, сохранившихся в семье Штейнов.

Сергей Юрьевич Неклюдов, известный фольклорист и востоковед, жил с 1943 по 1950 год на Арбате в Доме с рыцарями, а затем в Филипповском переулке, учился в школе № 61 в Плотниковом переулке. В 1954 году, когда Сергей был в седьмом классе, произошло объединение мужских и женских школ. Первое время мальчики занимали два ряда со стороны окна, девочки садились у стены, а средний ряд оставался свободным.

В 1956 году, незадолго до переезда из арбатской коммуналки в собственную квартиру на Хорошевском шоссе, Ольга Неклюдова, мама Сергея, вышла замуж за писателя Варлама Шаламова. В 1957 году семья покинула Арбат.

Ольга Игоревна Кислякова 40 лет прожила в небольшом особняке в Трубниковском переулке. Всего там размещалось 20 семей: 16 — на первом этаже и 4 — в мезонине. Дедушка Ольги, детский врач, переехал сюда с семьей в 1922 году из Скатертного переулка.

Отец Ольги, Игорь Павлович, специалист по редким и редкоземельным металлам, в 1959 году ездил вместе с женой в командировку в Китай. Весной 1960 года они вернулись, а уже в июле из КНР отозвали весь корпус советских специалистов, работавших по программе международного сотрудничества. В семье сохранились письма от китайских коллег, которые еще какое-то время поддерживали с Кисляковыми дружеские отношения.

В 1978 году семья Ольги получила квартиру в новом районе Ясенево, рядом с МКАД.

Мемориальная квартира Александра Сергеевича Пушкина на Арбате — единственный музей поэта в Москве. Место связано с историей женитьбы Пушкина на Наталье Гончаровой: здесь в 1831 году он устраивал с друзьями мальчишник, а после венчания давал свадебный обед. Чета Пушкиных прожила на Арбате три месяца, а затем уехала в Царское село.

В 1921 году в особняке разместился Окружной самодеятельный театр Красной армии, в худсовет которого входили режиссер Всеволод Мейерхольд и поэт Владимир Маяковский. Затем дом разделили на коммунальные квартиры.

Работы по музеефикации дома начались в 1970-х. Особняку начала XIX века были возвращены оригинальные планировки комнат, историческая геометрия дверей и окон, рисунок паркета. Обстановка, предметы и даже воспоминания об интерьерах пушкинской квартиры не сохранились, однако в экспозицию удалось заполучить мебель из имения Полотняный Завод, где росла Гончарова, и усадьбы Вяземских, близких друзей Пушкиных.

Анна Герасимова по прозвищу Умка — рок-музыкант и автор песен, культовая фигура неформальной сцены столицы. Начала заниматься музыкой и выступать еще в 1980-х, однако затем по личным и семейным обстоятельствам была вынуждена сделать перерыв. Возвращение Умки состоялась в 1995 году, когда она начала выступать на Арбате. Именно эта улица, став в 1986 году пешеходной, пришла не смену тусовке на «Гоголях» — Гоголевском бульваре. Здесь можно было встретить буквально все субкультуры — панков, хиппи, рокабилли (любителей рок-н-ролла), киноманов (поклонников группы «Кино»), скинхедов и других.

«Гитара “шиховская”, слегка улучшенная мастером Кириллом Луганским. Откуда взялась, не помню. Служила мне верой и правдой лет 10, в том числе три сезона на Арбате. Сиреневая ленточка была найдена на улице и приделана мною в качестве ремня в честь собственной строчки “Я раскрашу гитару в сиреневый цвет” (“По любви”). Под конец своей рабочей карьеры гитара получила имя “буратино” — такая же славная, безотказная и туповатая. Последние лет 15 провела на шкафу. Барабанчик “индийского” происхождения, подаренный тогда же, в середине 90-х, не помню кем. Играл на нем в основном мой дружок и верный спутник Вовка Орский. Очень старался, но, увы, ни разу не попал, за отсутствием чувства ритма (хорошо, что его было не больно-то слышно). Зато он был очень красивый, с длинной бородой и волосами, и все его любили».

Умка.

Через 20 минут после «монтажа» всех участников забрали автобусы и отвезли в отделение милиции.

Исследователь архитектуры Александр Змеул с детства живет в районе Арбат. Его родной дом до 1957 года располагался в Большом Новинском переулке, который затем вместе с улицей Калинина вошел в состав Калининского проспекта. После 1990 года улице Калинина вернули прежний статус улицы и историческое название Воздвиженка, что привело к изменению нумерации домов.

Дедушка Александра, сотрудник Министерства внешней торговли, получил в 1951 году двухкомнатную квартиру в новом ведомственном доме. Бабушка работала в представительстве «Интуриста» в здании Совета экономической взаимопомощи (СЭВ) и периодически баловала семью дефицитными гостинцами и иностранными вещами. В школе на Новинском бульваре, где учился Александр, отделенные фанерной перегородкой, занимались дети сотрудников посольства ФРГ.

Семья Даниила Силенко, экскурсовода Музея Москвы, жила в границах нынешнего Арбата с 1870-х по 1958 год. На Варгунихиной горе — отрезке между современной Смоленской улицей и Проточным переулком — стоял дом Дмитрия Ивановича Алексеева, прапрадеда Даниила. Алексеев, мещанин города Вологды, был управляющим на текстильной фабрике Баранова, от него он получил деньги на покупку московского особняка. Три из четырех квартир сдавались внаем.

После революции и национализации особняка семье оставили комнату на втором этаже. Здесь прошло детство бабушки и мамы Даниила. В 1958 году дом был снесен, а семья получила комнату на Ленинском проспекте.